Социальные сети

Учитывая, что военный выезд предстоит мне в пгт Гончаровское, я решил, что это верный знак написать про

"Обломов"а Гончарова.

Я не смотрел фильм. Я читал большую старую книгу, из тех, где текст идёт на странице в две колонки, сама книга размером с большой словарь, а страницы песочно жёлтые.

Книга очень пахла, после неё пахли руки, и запах как-то всё время держался со мной.

Приятными были всякие пометки, сделанные кем-то в школе (мамой, бабушкой), когда разбирали на образы и писали сочинения.

Мы не проходили Обломова, странно почему.

С другой стороны Гончаров становится тем классиком, которого не пихали в руки в школе, а потому к нему приходят только те, кто хотел к нему прийти. Никого лишнего. Он не оказывается в руках случайно. 

Судьба Обломова очень проста. Большую часть истории о нём удачно отображает приведенная выше гравюра да и сама фамилия.
История потомка помещиков, который отрываясь от семьи, не умеет оторваться от её быта. Ушёл,чтобы попытаться и мечтать только о том, чтоб жить как жили его родители и их родители.

Силы любви, любимая женщина - способно ли это всё как-то менять человека? Этому есть место в этой книге.

Отличительной чертой Гончарова-наратора становится то, что он, не выдавая себя напрямую, своими описаниями, ремарками, детальностью или, скажем, образами, умеет дать понять, что здесь он говорит о своих героях с нежностью, а вот тут - смеётся, а вот - с горечью.

Например: 

     Он несколько  лет  неутомимо работает над планом, думает,  размышляет и
ходя, и  лежа,  и  в людях;  то  дополняет, то  изменяет  разные статьи,  то
возобновляет в памяти придуманное вчера и забытое ночью; а иногда вдруг, как
молния,  сверкнет новая, неожиданная мысль  и закипит  в голове  - и  пойдет
работа.
     Он не  какой-нибудь мелкий  исполнитель чужой, готовой  мысли;  он  сам
творец и сам исполнитель своих идей.
     Он  как  встанет  утром с постели,  после  чая ляжет тотчас  на  диван,
подопрет  голову рукой и обдумывает, не щадя сил, до тех пор, пока, наконец,
голова утомится от тяжелой работы и  когда совесть  скажет: довольно сделано
сегодня для общего блага.
     Тогда только  решается  он отдохнуть от  трудов и переменить заботливую
позу на другую, менее деловую и строгую, более удобную для мечтаний и неги.
     Освободясь  от деловых забот,  Обломов любил  уходить в  себя  и жить в
созданном им мире.
     Ему доступны были наслаждения высоких помыслов; он не чужд был всеобщих
человеческих  скорбей. Он горько  в  глубине  души  плакал в  иную  пору над
бедствиями  человечества,  испытывал  безвестные,  безыменные  страдания,  и
тоску, и стремление куда-то вдаль, туда, вероятно, в тот  мир, куда  увлекал
его бывало Штольц.
     Сладкие слезы потекут по щекам его...
     Случается и то, что он исполнится презрением к людскому пороку, ко лжи,
к клевете, к разлитому в мире злу и разгорится желанием указать  человеку на
его язвы, и вдруг загораются в нем мысли, ходят и гуляют в голове, как волны
в  море, потом вырастают в  намерения,  зажгут всю кровь в нем,  задвигаются
мускулы  его, напрягутся  жилы, намерения преображаются  в  стремления:  он,
движимый нравственною силою,  в  одну минуту  быстро изменит две-три позы, с
блистающими глазами  привстанет  до  половины на  постели,  протянет руку  и
вдохновенно озирается кругом... Вот-вот стремление осуществится, обратится в
подвиг... и тогда,  господи!  Каких чудес, каких благих последствий могли бы
ожидать от такого высокого усилия!..
     Но, смотришь,  промелькнет  утро, день уже клонится к вечеру, а  с  ним
клонятся  к  покою и утомленные силы Обломова:  бури и волнения  смиряются в
душе, голова отрезвляется от дум, кровь медленнее пробирается по жилам.
     Обломов тихо, задумчиво переворачивается на спину и, устремив печальный
взгляд в  окно,  к небу,  с  грустью провожает глазами  солнце,  великолепно
садящееся за чей-то четырехэтажный дом.
     И сколько, сколько раз он провожал так солнечный закат!
     Наутро опять  жизнь, опять  волнения, мечты!  Он любит вообразить  себя
иногда  каким-нибудь  непобедимым   полководцем,  перед  которым  не  только
Наполеон, но и Еруслан Лазаревич ничего не значит; выдумает  войну и причину
ее: у него хлынут, например, народы из Африки в Европу, или устроит он новые
крестовые  походы и  воюет, решает  участь народов, разоряет города,  щадит,
казнит, оказывает подвиги добра и великодушия.
     Или  изберет  он  арену  мыслителя, великого художника: все поклоняются
ему;  он  пожинает лавры;  толпа гоняется  за  ним,  восклицая: "Посмотрите,
посмотрите, вот идет Обломов, наш знаменитый Илья Ильич!"
     В горькие минуты он страдает  от забот,  перевертывается с боку на бок,
ляжет лицом вниз, иногда даже совсем потеряется; тогда он  встанет с постели
на колена и начнет молиться жарко, усердно, умоляя небо отвратить как-нибудь
угрожающую бурю.
     Потом,  сдав  попечение  о  своей  участи небесам,  делается  покоен  и
равнодушен ко всему на свете, а буря там как себе хочет.
     Так  пускал он  в ход  свои нравственные силы,  так волновался часто по
целым дням, и  только тогда разве очнется  с глубоким вздохом от обаятельной
мечты  или от  мучительной заботы, когда  день  склонится к  вечеру и солнце
огромным шаром станет великолепно опускаться за четырехэтажный дом.
     Тогда он опять проводит его задумчивым  взглядом и печальной  улыбкой и
мирно опочиет от волнений.
     Никто не знал и не видал этой внутренней жизни Ильи Ильича: все думали,
что  Обломов так себе, только лежит да  кушает на  здоровье, и что больше от
него нечего  ждать; что едва ли у него вяжутся и мысли в голове. Так о нем и
толковали везде, где его знали.

Близкими строками стали ещё вот эти:

 Когда  же Штольц приносил  ему  книги, какие надо  еще  прочесть  сверх
выученного, Обломов долго глядел молча на него.
     -  И ты,  Брут, против  меня! -  говорил  он  со вздохом, принимаясь за
книги.
     Неестественно и тяжело ему казалось такое неумеренное чтение.
     Зачем же все эти тетрадки, на которые изведешь пропасть бумаги, времени
и  чернил?  Зачем   учебные   книги?  Зачем  же,  наконец,  шесть-семь   лет
затворничества,  все строгости, взыскания,  сиденье и томленье  над уроками,
запрет бегать, шалить, веселиться, когда еще не все кончено?
     "Когда же жить? - спрашивал он опять самого себя. -  Когда же, наконец,
пускать в оборот этот капитал знаний, из которых большая часть еще ни на что
не  понадобится в жизни? Политическая экономия, например, алгебра, геометрия
- что я стану с ними делать в Обломовке?"
     И  сама история только  в  тоску  повергает: учишь, читаешь, что вот-де
настала година  бедствий,  несчастлив  человек;  вот  собирается  с  силами,
работает, гомозится, страшно терпит и  трудится,  все готовит ясные дни. Вот
настали они - тут бы хоть сама история отдохнула: нет, опять появились тучи,
опять  здание  рухнуло, опять работать,  гомозиться... Не  остановятся ясные
дни, бегут - и все течет жизнь, все течет, все ломка да ломка.
     Серьезное чтение утомляло его. Мыслителям не удалось расшевелить  в нем
жажду к умозрительным истинам.
     Зато  поэты задели  его за живое: он  стал юношей, как  все. И для него
настал счастливый, никому не  изменяющий,  всем  улыбающийся  момент  жизни,
расцветания  сил,  надежд  на бытие, желания  блага, доблести, деятельности,
эпоха сильного биения сердца, пульса,  трепета, восторженных речей и сладких
слез.  Ум  и  сердце  просветлели:  он  стряхнул  дремоту,  душа   запросила
деятельности.
     Штольц помог ему продлить этот момент, сколько  возможно было для такой
натуры, какова была натура его друга.  Он поймал Обломова  на поэтах  и года
полтора держал его под ферулой мысли и науки.
     Пользуясь  восторженным  полетом  молодой  мечты, он  в  чтение  поэтов
вставлял другие цели, кроме наслаждения, строже указывал в дали пути своей и
его жизни и увлекал в  будущее. Оба волновались,  плакали, давали друг другу
торжественные обещания идти разумною и светлой дорогою.
     Юношеский жар  Штольца заражал Обломова, и он сгорал  от  жажды  труда,
далекой, но обаятельной цели.
     Но цвет жизни распустился и не дал плодов. Обломов отрезвился и  только
изредка,  по указанию Штольца, пожалуй, и прочитывал ту или другую книгу, но
не вдруг, не торопясь, без жадности, а лениво пробегал глазами по строкам.

Частенько всплывали в голове в контексте главных героев всплывали Безухов, Наталья и Болконский. Но если Штольц очень напоминает Болконского, то Обломов - это не совсем Безухов.

Книга из тех, когда если в повествовании появляется какой-то персонаж, то автор всегда обстоятельна расскажет откуда он родом и с какими устремлениями, о чем мечтал и чем занимается сейчас. Книга из тех, когда автор чувствовал ответственность за то, что пишет. Книга из тех, которые отнесены в "Вечным романам". Но читать стоит только тем, кто полюбил "Войну и мир" и "Тихий дон".



Вам это будет интересно!

  • Положение программы Гончарова Сергея Александровича


  • Последние новости


    Шаг 5. Выбираем фирменное наименование организации

    Если вы собираетесь регистрировать новое юридическое лицо, то перед вами неизбежно встают необходимость выбора его названия и ряд сопутствующих вопросов. Следует ли проверять выбранное наименование организации на уникальность перед подачей документов на регистрацию? Можно ли зарегистрировать компанию с таким же наименованием, как и у другой, уже существующей орган...
    Читать далее »

    Шаг 4. Выбор системы налогообложения

    Действующее налоговое законодательство позволяет налогоплательщику в некоторых случаях значительно уменьшить сумму уплачиваемых налогов путем грамотного выбора режима налогообложения. Выделяют общий режим налогообложения и специальные налоговые режимы, которые следует отличать от льготных режимов. При применении общего режима налогообложения налог...
    Читать далее »

    Аренда помещений

    Самым тесным образом с фактическим адресом организации связана Аренда Ею помещений, необходимых для налаживания выбранных видов деятельности. Для деятельности любой организации необходимо помещение. Однако недвижимость стоит сейчас очень дорого, и лишь немногие организации в состоянии приобрести помещение в собственность. В связи с этим значительная част...
    Читать далее »

    Шаг 3. Выбираем место нахождения организации

    МЕСТО НАХОЖДЕНИЯ ОРГАНИЗАЦИИ, ЕЕ ЮРИДИЧЕСКИЙ, ФАКТИЧЕСКИЙ И ПОЧТОВЫЙ АДРЕСА В ГК РФ приведено понятие «место нахождения юридического лица» – так называемый юридический адрес, официально зарегистрированный в ЕГРЮЛ. Однако юридическое лицо может располагаться и по другому адресу – фактическому. В гражданском законодательстве не содержит...
    Читать далее »

    Карточка

    С образцами подписей и оттиска печати ...
    Читать далее »

    Форма

    Документа, подтверждающего наличие лицензии Приложение 26 СЕРТИФИКАТ СООТВЕТСТВИЯ ...
    Читать далее »

    Уведомление

    О регистрации юридического лица в территориальном органе Пенсионного фонда Российской Федерации по месту нахождения На территории Российской Федерации Приложение 22 Свидетельство О регистрации страхователя в территориальном фонде Обязательного медицинского страхования При обязательном мед...
    Читать далее »